2b6ae1f7     

Перумов Ник - Конан И Слуги Чародея



ПОЛЬ УИНЛОУ — КОНАН И СЛУГИ ЧАРОДЕЯ
Конан капитан Вольного Отряда на службе у Илдиза. Он соглашается выкрасть из потайного храма хранящуюся там статую божества и вступает в борьбу с очередным магом — Кивайдином.
Глава 1
Зима в Туране — самое отвратительное время года. Хотя Ильбарские горы и защищают приморские долины от северных ветров, дождевые тучи почему-то проходят свободно — и, конечно, злорадно вываливают свой холодный, мокрый, слякотный груз на головы туранских обывателей — впрочем, не только обывателей. Сам император, полубожественный Илдиз, покидает на это время Аграпур, предпочитая переждать зимнее ненастье в местах более теплых и не столь расточительных на грязь и сырость.
Но что же делать тем, кто тянет лямку опасной и трудной службы наемника? Илдиз был щедр со своими лучшими солдатами, однако если ты — Капитан Вольного Отряда, обязанностей твоих с тебя никто не снимет даже и в отсутствие Правителя.
В старом добром «Красном Соколе» все оставалось по-прежнему. Отставной десятник конницы Илдиза, Моти, днем содержал довольно-таки приличное даже по столичным меркам заведение, ночами же, не в силах совладать с Маммоной, помаленьку скупал краденое. И, быть может, не в последнюю очередь благодаря воровскому серебру в «Красном Соколе» совсем не дурно кормили и подавали славное неразбавленное вино, чем грешили иные, более «честные» содержатели других таверн.
Конан-киммериец, капитан отряда наемников в армии Илдиза, сидел в своей любимой Аграпурской таверне и пил свое любимое вино из драгоценной серебряной чаши ванирской работы, время от времени лениво обмениваясь с Моти проклятиями по адресу погоды.
Киммериец провел на плацу целый день, без устали гоняя новобранцев — Илдизу все время было мало тех воинов, которые у него уже были. Зима тянулась медленно и скучно.

В этот год небесные владыки, верно, за что-то разгневались на Туран — и вот уже целых два месяца, декабрь и январь, дождь со снегом сменялся снегом с дождем. Дары небес моментально таяли, пропитывая сыростью и жалкие лачуги, и роскошные дворцы. Вслед за императором из города потянулась в теплые края знать; в опустевших роскошных апартаментах оставались только дворецкие да немного стражи — а это означало, что приходит хорошее время для того, чтобы несколько облегчить карманы утопающих в золоте толстосумов...
Конан сидел, потягивая вино, и прикидывал в уме, куда имело бы смысл нанести визит нынешней ночью. Жалованье его тотчас по получении уплывало в кошели содержателей питейных заведений и к веселым потаскушкам, коими всегда изобиловал славный Аграпур.

И, кроме того — постоянный риск был нужен киммерийцу не меньше, чем хорошая девка. Без женщин и опасностей жизнь мужчины тотчас же утрачивает всякий смысл, считал двадцатичетырехлетний киммериец, и по мере сил старался, чтобы иметь в достатке и того, и другого. Приветствовалось, разумеется, если риск завершался хорошим вознаграждением — желательно в звонкой монете.
«Так... Хан Хижрак отправился восвояси позавчера... нет, к нему идти рано — слуги еще не перепились как следует. Эмира Адраж — нет уже полторы недели.

Вон, вчера ванир — золотых дел мастер говорил, что Адраж взял у него работу, а денег не заплатил, уехал и даже управляющего не оставил. Вот и славно. К нему и наведаемся». — Конан досадливо дернул щекой. Тьфу, пропасть, до чего же тоскливая житуха — он, Конан-киммериец, король воров Аренджуна и Шадизара, лучший — без хвастовства! — взломщик Аграпура, да что там Аграпура, всего Турана! — вынужден лезть за пригор



Содержание раздела